ЦС КМНС / РИТЦ English version    На главную страницу Поиск по сайту (пока не работает)
 
ЦС КМНС / РИТЦ
<< < Февраль 2024 > >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29      

ЦС КМНС член Арктического Университета

    
Арктический Совет
arctic-council logo
Секретариат КН в АС
IPS logo

IWGIA
iwgia














 

 

Эвенки – не экстремисты, но дайте и нам жить – глава национального села в Якутии

Глава национального эвенкийского села Иенгры Юрий ЮХНОВЕЦ раскрыл некоторые тайны ухода недропользователей от своих экологических обязательств. ТайгаПост расскажет, что сегодня больше всего тревожит оленеводов.

23 июля издание опубликовало материал От них не убежишь. Чемпион мира «Единорог» погиб в засаде старателей, в котором рассказало о гибели оленей в заболоченной от действий старателей местности. Попавшее в засаду стадо, в котором оказался и чемпион мира по гонкам «Единорог», принадлежало кочевой родовой общине «Дружба». Эвенки обратились в прокуратуру, но мало кто верит, что виновных установят, и они выплатят хоть какую-то компенсацию: в тайге все шито-крыто. И недропользователи нашли законные способы уходить от своих экологических обязательств.

Юрий ЮХНОВЕЦ, глава Иенгринского эвенкийского национального наслега Нерюнгринского района:

- Недропользователи заходят на наши наслежные земли даже без какого-либо уведомления. Я сделал запрос в «Якутнедра», и мне ответили, что на территории Иенгринского муниципального образования выдано 168 лицензий. Не все месторождения сегодня разрабатываются, но рано или поздно доберутся и туда.

Я разослал письма всем владельцам лицензий с предложением заключить договоры социально-экономического партнерства с хозяйствующими субъектами или, если таковых нет, с администрацией села. Кочевая община «Дружба» потеряла оленей, утонувших в искусственно вызванном болоте, а никакой компенсации не получит. Потому что недропользователь не желал вести с ней никакие переговоры.



На фото: погибший олень

- Юрий Викторович, промышленники нередко обвиняют оленеводов в том, что они под видом сохранения традиционного образа жизни занимаются вымогательством денег. Можно ли договоры о партнерстве рассматривать с этой точки зрения?

- Давайте я спрошу так: можно ли считать вымогательством, если кто-то пришел к вам в дом, разрушил его, а вы пытаетесь за это получить с него компенсацию? Недавно побывал на Тимптоне, где охотился по молодости, и просто пришел в ужас: абсолютно измененный, неузнаваемый марсианский пейзаж – это сделали старатели.

Эвенки – не экстремисты, мы все понимаем: стране нужны золото, уголь, другие полезные ископаемые. Но дайте и нам жить! Нет ягод, рыбы, дичи. Исчезают последние оленьи пастбища. Мы не требуем остановить предприятия, но они должны соблюдать все экологические требования и оказывать какую-то помощь местным жителям, компенсируя таким образом их убытки.

А многие руководители к нам относятся, извините, как к индейцам Северной Америки. Но там индейцы были врагами, а мы первыми встаем на защиту России. Недавно одна бабушка, у которой внук в зоне СВО, мне сказала: «Наши дети там воюют, рискуя жизнью, защищают Россию, а ты здесь нас защитить не можешь». У меня ком в горле. А что я могу возразить?

- Вы пытались говорить со старателями, на чьем участке погибли олени?

- А с кем там говорить? Сначала была информация, что лицензия на месторождение принадлежит ООО «Окурдан». Руководитель компании вышел на меня, съездил в общину и показал, что никакого отношения к этому участку не имеет. По последней  информации лицензия там записана на ООО «Пламя». По данным базы налоговой службы, «Пламя» ликвидировано. То есть что: они кому-то отдали свою лицензию? Разве это билет в кино – сам не пойду, отдам другому? Разве это государственный подход? Если предприятие ликвидировано, почему на нем числится лицензия? Надеюсь, прокуратура разберется.

После вашей статьи мне позвонили несколько человек, представившихся руководителями артелей. Я не стал разговаривать, говорю: приезжайте в администрацию, будем здесь общаться. Я же не знаю, кто звонит. С субподрядчиками вообще смысла нет договариваться, они наобещают, а завтра могут исчезнуть. Еще раз повторю: мы понятия не имеем, кто и чем занимается на нашей земле. Говорят, китайцы какие-то появились – кто они такие, законно ли здесь находятся? Всю информацию мы получаем от оленеводов, которые где-то кого-то увидели. Но даже застигнутые рабочие обычно не хотят называть свои предприятия, уверяя, что не знают, кто их нанял.



Конечно, не все недропользователи так поступают. У нас хороший контакт с компанией «Тимптонзолото». С «Титан автотрейдом» долго воевали, а сейчас вышли на нормальный диалог. От этой войны ни им, ни нам ничего хорошего не было.  Звонят некоторые владельцы лицензий с заверениями, что когда начнут работу, заключат договор о партнерстве. Пожалуйста, приходите в администрацию, будем знакомиться, обсуждать. Если земля закреплена за родовой общиной или МУП, заключайте договор с ними, нет – с администрацией наслега.

У меня есть идея: создать фонд, в который недропользователи будут отчислять определенные средства до начала работы. Что-то типа саморегулируемой организации у строителей. Что сейчас происходит: месторождения отмыли, предприятие объявляет себя банкротом – и рекультивацию делать некому.

Как-то старатели мне проболтались, что у них есть разные способы ухода от экологических обязательств. Когда снимут «сливки» с месторождения, специально открывают отстойники с грязной водой, спуская ее в реку. Вызывают экологов, те выписывают штрафы и за систематические нарушения отбирают лицензию. Всё! Восстанавливать землю после себя не нужно! А штрафы эти все равно кратно меньше затрат на рекультивацию земли.

Говорили, что из-за конкуренции друг другу гадят: подбрасывают в отстойники какие-то химикаты, а потом вызывают экологов. Конечно, это не докажешь. Но если это правда, то жутко становится. Какой еще неоправданной нагрузке подвергается наша природа? Если будет специальный фонд, куда недропользователи внесут деньги и проект рекультивации, то в случае банкротства мы все равно ее выполним.

Наши говорят: отмыли бы все разом и лет за 20 экология бы восстановилась. Но, к примеру, на ручье Холодникан добывали золото, когда я ребенком был в 70-е, потом когда институт окончил, и сейчас опять моют – да когда же оно закончится! А теперь мне сказали, что по реке Иенгра и рудное золото есть. В 5 км от села всю сопку шурфами изрыли. Может, содержание золота низкое, может, еще по какой причине, но пока у нас разрабатываются только рассыпные месторождения. А когда россыпи закончатся, что будет? У нас, кстати, и уголь нашли. Но пока «Якутуголь» за это месторождение не взялся.

Источник: ТайгаПост
 
 
Яндекс.Метрика